Я про изолированные популяции Homo Sapiens. В некотором смысле, живой пример идеи, что цивилизация и прогресс не являются чем-то неизбежным, а скорее лишь одной из возможных опций существования вида. При этом, виду около 200 000 лет, цивилизации не более 6 000.(Впрочем, более значимой точкой бифурикации является неолитическая революция, около 12 000 лет назад. )
Соответственно, австралийские и тасманийские аборигены как минимум 50 000 лет существовали в полной изоляции от прочего человечества не проявляя никаких тенденций к "прогрессу". Напротив, имело место утрата технологий  - мореплавания у австралийцев и даже рыбной ловли у тасманийцев. Если в Евразии (и позднее в Новом Свете) следствием истребления мегафауны стал переход к земледелию и скотоводству, то в Австралии результат был иным - сокращение населения в соответствии с уровнем кормовых ресурсов и консервация палеолитической культуры. В этом есть что-то завораживающее - существование вне времени. Сотни поколений, идентичных предыдущим. Стабильность - мечта охранителей. Строго говоря, 50 000 лет в данном контексте неотличимы от вечности - даже значительно более высокоразвитые культуры неспособны опрерировать подобными числами и сроками.
К чему это? Просто - весьма возможно, что наши потомки будут жить примерно так же. Конечно, есть чисто расовые аргументы против - у австралоидов низкий средний объём черепной коробки и крайне низкий средний IQ. Впрочем, последний показатель не слишком надёжен при определении умственных способностей представителей иной культуры. Но ИМХО, уровень австралийского аборигена есть максимальный уровень, на котором возможна пресловутая "стабильность" и "гармония с природой". То есть, если на радость всякой "зелёной" швали технологическая цивилизация рухнет, падать придётся именно приблизительно до такого уровня. Это как с велосипедом - можно либо ехать либо свалиться. Нельзя стоять на месте. Культуры вроде австралийской, тасманийской или бушменской это Культуры Лежачего Велосипеда.  Печальнее то, что для многих белых людей Лежачий Велосипед превращается в фетиш.